Однажды ко мне в Барселоне клеился стареющий итальянец с плохими зубами. Когда я поняла, что все правила приличия вежливого общения с незнакомцем соблюла, то поспешила откланяться. Попрощалась, а он мне говорит: «А поцелуй на прощанье?». Я возмущенно сообщила, что замужем и, гримасничая, показала руку с кольцом.
И только сделав пару шагов, поняла, насколько я дикой выглядела, ведь три поцелуя на прощенье – это норма для европейца! Вот село!

Утро такое сонное, что только бы умиротворенно дремать на коленках милой подруженьки хорошей, в тени дачного сада, среди густой зелени и свежей травы, и опьяняющего аромата только-только расцветших пионов. Да в ожидании нежных оладушек с малиновым вареньем под чай с молоком. И чтобы подруженька рассказывала сказки тихим голосом, а легкий ветерок сдувал непослушные волосинки со лба. И время бы остановилось в сладкой неге деревенских пыльных дорог да утренней росы освежающей и так до самого полудня. До самой жары, чтобы потом, отошедшая ото сна я, ступала босыми ногами по прохладной траве лесной тропинки, да окунала ноги по щиколотку в ледяную воду пруда и пугалась ужа, как всегда, и ждала вечера, и звезд ночных ярких-ярких и вечных. Чтобы вытянуть все конечности по квадратной хрустящей чистой постели и заснуть сладким снов в ожидании утреннего пробуждения, уже бодрого, деятельного и веселого.

Удивительная история случилась с нами. После прилета из Мюнхена, спустя несколько дней позвонил приятель, который путешествовал с нами и сообщил: «У меня случайно оказался ваш пакет из Duty free с коньяком Курвуазье». А мы отвечаем: «Не было у нас никакого коньяка!». Так выяснилось, что впопыхах, забирая багаж, он каким-то образом прихватил чужой пакет и обнаружил это только дома. Естественно, коньяк был воспринят, как дар небес и выпит этим приятелем непременно. Прошло три недели. И вчера звонят из милиции моему мужу, назовем его Оскар, и говорят: "ой, что вы натворили, ой против вас будет возбуждено уголовное дело! Вы взяли то, что вам не принадлдежит!" А Оскар в ответ: «Мы ничего не знаем. Мы ничего не брали». «Значит, взял ваш друг, - отвечает майор милиции, - мы все видели на записи камер наблюдения». «Так, а о чем хоть речь? Что было в этом пакете?» О_о «Коньяк!». «Коньяк??? )))))) И сколько же он стоит?» «60 Евро!». «60 Евро??? О-о )))».

ПС. Даже представить себе не могу дотошность человека, который из-за коньяка обратился в милицию с целью во что бы то ни стало его разыскать. Наверное, немец какой-то :)

За последнюю неделю со мной произошло следующее:

Я впервые опоздала на самолет, следовавший из Мюнхена в Барселону.

Словила среди ночи на набережной порта Барселоны рикшу, и, как заправская русская, та, что обожает медведей, цыган и пароход «Ласточка», пьяно летала под луной. На следующий день долго пришлось убеждать разъяренного мужа, что это «Рок-н-ролл, детка!».

Чуть не разбилась на самолете! Гроза не позволяла нам приземлиться в аэропорту Борисполь, и наш самолет кругами летал над Киевом, над посадочными полосами. На 9-м кругу, многие и я в том числе, начали креститься и вспоминать все известные молитвы. И только то, что на борту была изнеможенная после химической терапии, больная раком девочка, вселяло надежду, что все будет ок, ведь было бы глупо ей умереть именно таким неожиданным образом.

И последняя мудрая мысль: Хотите испортить хорошее впечатление о человеке – поездьте с ним в отпуск, именно там все мерзости выползают наружу и окутывают своими удушающими щупальцами!

Занимаюсь всякой ерундой до двух ночи, смотрю фильмы отрывками, пью вино, много курю. Засыпаю в беспамятстве. Утром с трудом отдираю себя от подушки, пару раз принимаю решение забить на все и остаться спать, но откуда-то взявшееся чувство ответственности заставляет меня подняться. Времени на сборы катастрофически мало, ощущение, что из разбитого состояния не выведет даже кофе, стресс подогревает еще и то, что я снова опоздаю. Но вот, я выпила кофе, села в такси, добытое с большим трудом, и поняла, как во мне много любви. Любви к миру, к весне, едва пробившимся листочкам, к этому всему и к людям. К отдельным людям и всему человечеству в целом. Я готова расплакаться от чувств каждое утро, и очень счастлива в эти моменты. Думаю, все дело не в весне даже, а в этих моих ночных бдениях, в этом искусственном забытье, бессмысленном и беспощадном.

Сегодня вез дед расист. Он говорил так: «Не, я не расист, но негров я не вожу. Вони воняють. Особенно летом. Арабов – тоже, мы с ними договариваемся, а они потом начинають торговаться, шоб «на конфетку» хватило. А китайцы мне нравятся. Возыв китаянку Сян. Я кажу: як тебе звуть? А она: у меня имя китайское, вы не запомните. Я кажу: яке? А вона: Сян! Шо ж тут не запомнить! А ще у меня есть знайомий, Толик... Покальчук його хвамилия...»

В сладком мареве, среди уставших покупателей, которые с осунувшимся видом держали свои корзинки с покупками и мрачным взором окидывали всё вокруг, раздался веселый девичий смех. Такой зазывный смех отдохнувшей от жизненных тяжб нимфы. Было девять на часах. Вслед за смехом появилась и сама, стройная блондинка. И все мужчины начали смотреть на нее, на бирюзовые сапожки, на узкое мини платье, на белые волосы. Потом повернулась она лицом, и любопытствующие увидели явные и такие отчетливые следы хирургических вмешательств. Какие-то резиновые губы, щеки чем-то накачанные, натянутые веки. Лицо принадлежало даме лет сорока. И вот эта дама томно и громко вздыхала, вглядывалась в лица, ища восхищения, громко и с миленькими комментариями, такими выразительными, чтобы все-все непременно услышали, и чтобы все внутри себя согласились и одобрили, умилились и запомнили. Она трогала своего спутника, забиралась ему рукой под куртку, чмокала в шею, трепала по голове, обнимала и всячески висла. Все так наигранно, шумно, непривычно, давая толпе понять, что их обоих ждет сейчас дома. Все женщины, без сомнений, понимали, что проститутка. А мужчины по-прежнему с интересом глядели на девичью фигуру, лицо престарелой феи и многообещающее поведение.
В кино "И ты встретишь таинственного незнакомца" Вуди Аллена такая же была

Недавно, среди красоты и неприступности крымских гор и бескрайней холодности Черного моря, в маленькой квартирке на первом этаже, купленной специально для его оздоровления, умер мой дядька «самых честных правил». Умер отвратительно, медленно, зло, доставляя множество волнений моей старенькой, но энергичной бабушке, которая практически жила в поездах между Киевом и Крымом. «Для чего мне жить?» - вопрошал дядька мой, «Для кого!» - в то время как любящая необъяснимым материнским сильным чувством Она, в моменты его просветления и добрых слов в ее адрес: «Мамочка, мамочка, ты здесь! Ты приехала» - рыдала, расчувствовавшись.
Дядька умер смертью, которую ждали. Измучив себя алкоголем, голодом, чернотой, извергающейся из него на все живое и пожирающей его изнутри. Дядька мой умер от вопросов, оставшихся без ответов, от скуки, порожденной ленью, с горя от ума, в экзистенциальном припадке, затянувшимся на всю его жизнь, в квиетизме отчаяния. Оставив сына.
Священник не пришел отпевать его. Похоронили маленькой кучкой людей, облаченных в темное. Среди гор и рядом с морем, на одном из тех маленьких южных кладбищах, где гуляет «Перекати поле».

Бывает чувство, как будто рассыпаешься на молекулы. Или летишь, и вот-вот упадешь. Или стоишь на высокой-высокой горе и вот-вот задохнешься. И все это происходит от красоты. Ты вдруг в самых тривиальных вещах замечаешь красоту. И вот это ощущение хрупкой красоты, которая может разрушиться из-за легкого дуновения ветра, нечаянного слова или неверно истолкованного взгляда, так волнующе. Это какая-то грань абсолютного счастья и его возможного скорого разрушения. Опасность. Быстротечность жизни. Полет мотылька. Падающие лепестки. Прекрасная мелодия, которая вот-вот закончится. Последние дни лета. Считанные секунды, перед тем как отдать милого щенка его хозяину. Лучшие моменты любимого фильма. Раннее утро, когда после ночи разговора все еще невозможно расстаться. Летние сумерки, тонущие в звоне детских голосов. Песня, вызывающая слёзы. Тревога, смешанная со счастьем. Ощущение скоротечности жизни. Обжигающие минуты удовольствия. Робкие шаги по тонкому канату под куполом цирка. Обожаю это чувство!